Продолжение рассказов 3
С ВЕТЕРКОМ

Прежде, чем стать победителем, нужно выиграть соровнования.
Водителям грузовиков приготовлены разные сюрпризы. Если ты солидный шофер, тебя ничто не застанет врасплох. И от сюрприза увернешься, и не забудешь крепко нажимать на педаль газа.
Здесь на трассе каждый крутой поворот - это гонщику тот еще подарочек!
Того и гляди вылетишь с дороги куда-нибудь. На обочину или подальше.
Пусть не в гости к медведям попадешь, но очутишься на бобах. Уж точнее точного: скорость утеряешь вместе с хорошим настроением.
На гонках есть и такая подарочная штука. Разрешается вам, быстрые водители, перестать газовать! Заверните вот сюда, на асфальтовую площадку! Покажите, как умеете крутить рулем и выписывать кренделя колесами.
Кто точнее проедет, лучше изобразит какую-нибудь восьмерку, тот наберет больше победных очков.
Так вот получается. Грузовик вам не фигурист на коньках, однако и ему - знай выписывай фигуры. Идут соревнования, ничего не поделаешь. Пусть показывают шофера свой класс.
Васек-тяжеловоз у Бережкова исправно газовал на ровной дороге. Скоростные пробежки у него были неплохие. Не задержался он в пути, не утерял ни часов, ни минуток.
И фигуры изображал он на асфальте не хуже многих. Счет очков рос и рос. От других не отставал.
Но всё же первым в гонке не был пока что Иван.
Раз нужно проверить грузовики на выносливость, подыскали им подходящий проселочек. С буграми и канавами. Тут уж Васек-тяжеловоз поднажал, вспомнив свои сельские путешествия, - начал выбиваться в победители.
Еще бы чуточку поприбавить очков!
И уж тогда…
«Эх, превратиться бы моей машине в ракету! - подумал Иван. - Поспевал бы я везде. Всюду первым стал».
Потом он вздохнул и стал думать по-другому:
«Не получится. Возьмут водители и тоже пересядут на ракеты».
Дело было как раз перед новой гонкой. Бережков сидел
в кабине. Поглядел он через боковое стекло на автомобили, что стояли рядышком. Сам себе сказал:
- Нет, побеждать надо по-честному!
Конечно, мог Иван стать чемпионом. Уж кому-кому, но деревенскому шоферу не привыкать к трудным дорогам. И Ваську-тяжеловозу не заново учиться, чтобы гонять по ямам с водой. По сумрачным ельникам, подтопленным лугам и через лесные ручьи.
Так что надо вспомнить и шоферу, и грузовику всё, чему научились раньше.
Это ж такая надежная школа, когда ездишь от села к селу каждый день, а то и сутки напролет!
Вспоминай Иван и крепись, крепись, крепись…
Проселочные дороги!
Вот едешь ты по осенней слякоти. Не миновать грузовику предзимних дождей, потому что Ваську-тяжеловозу подарены с рождения все времена года. Летят из-под колес черные фонтаны, а водитель не плошай.
Не бойся глубоких луж и скользких глинистых бугров.
Зима настает. Как случилось морозное белое время, снова рули уверенней. Снегопад не снегопад - тоже не бойся.
Не тушуйся, знай пробивайся через заносы.
Разве ты, Бережков, который «лучше некуда», отступал в бураны и метели?
Есть у тебя надежный опыт. Он ведь не легкокрылая птица, не вот тебе упорхнул и сгинул за горизонтом, правда?
Вспомни осень, зиму.
А весенние разливы лесных речушек?
Бывало, что отрезало тебя от деревни половодьем. Ехал, ехал - надеялся переночевать в тепле, уюте. А когда такая незадача? Оставайся, значит, кимарить где-нибудь среди воды. На островке, заросшем ивняком.
Ведь не тряслись у тебя поджилки, Иван! Глядел молодцом и чихал на все половодные незадачи.
Ты что делал? Искал брод, ухитрялся объезжать болотные ловушки, водяные провалы. Прорывался на машине через густые заросли.
Вот и крепись со своим Васьком-тяжеловозом. На соревнованиях также надо уметь ездить и решать хитрые задачки, рессора им в печенку!
Ты ведь не собираешься отступать?
Никуда в тихую сторонку Бережков не собирался, а думал соревноваться крепче.
Очень солидно себе думал, и продолжал неутомимо крутить рулем, и не забывал нажимать на педаль газа.
Счет победным очкам рос. В гонке Иван был уже третьим. А если поднажать?
Бережков не унывал. Всё удавалось ему как нельзя лучше. Он даже начал загадывать насчет места.
Размышлял так:
«Когда ты, к примеру, третий. Что делать тебе дальше? Посматривать вверх, на второе место. Да что там?! Мне бы не помешало и первое!»
Тем временем соревнования подходили к концу. Наступил день последний, очень важный, решающий. До того решающий - вынь да положь. В том смысле вынь, что достаньте из коробочки высокую награду и отдайте ее чемпиону. Среди водителей он лучший из лучших.
Волноваться Иван волновался, но и не позволял себе заблудиться в переживаниях. Мастерской повадки не терял.
Эй, где ты там, шоферское спокойствие?
Никуда убегать нельзя! Сиди тихо в кабине. Сегодня, чтоб стало тебе известно, никому не нужно гнать машину сломя голову. Нет нужды лихо крутить рулем, объезжая препятствия.
Спокойствие и только мастеровитое спокойствие: всего-то надо проехать по чистому ровному шоссе. От города к другому городу.
В чем хитрость соревнования? По сегодняшним правилам водители на всем пути должны держать постоянную скорость. Восемьдесять километров в час. Нажал на педаль газа - и катись, уважаемый гонщик, с ветерком.
Ветер может дуть хоть справа, хоть слева. Даже - в лоб. А тебе не дозволяется снижать скорость. Увеличивать также не смей.
Тут судьи строгие. Мигом насчитают тебе кучу штрафных очков. Выйдет у гонщика форменный пшик. Выехал на трассу, готовясь получить чемпионское звание. Приехал вторым или третьим. А то и вовсе не получил никакой награды.
Молодец будет тогда настоящим молодцом, когда станет пристально, внимательно поглядывать на приборы. Без этого шоферам нельзя в любой день. На соревнованиях - в особенности.
Нажал Бережков на педаль. Покатил.
Ветерок подлетал к Ваську-тяжеловозу и справа, и слева.
Грузовик на таковские настырные выкрутасы лишь попыхивал дымком. Иногда тише, иногда громче рокотал мотор.
Ивану восемьдесять километров в час вынь да положь. Он ведь не против чемпионского звания, понимать надо.


ЗОЛОТЫЕ БЕРЕЗКИ

Час едет Бережков. С приборов не спускает глаз. Однако не забывает, как и полагается, примечать то, что творится на дороге.
Иначе вылетишь на обочину. Или куда подальше.
Настроение у него хорошее.
Посматривает он на асфальт, что бежит под колеса. Видит и левую обочину, и правую.
Ишь, справа какие березки! Солнышко выкрасило их зеленые кроны - очень красиво позолотило. Можно залюбоваться.
Однако забываться нельзя.
Ты, водитель, и вперед смотри, и влево. Про другую обочину помни, про черный асфальт.
Как у тебя с приборами? Всё нормально?
Это хорошо. Можешь секунду полюбоваться озерцом
на опушке леса. Подходящие здесь камыши. Не хуже тех, что были на утином пруду.
Уж, кого-кого, а смелых тех уток не забудешь. Уважали они Васька-тяжеловоза очень сильно. Не иначе, что за своего принимали.
Между прочими делами гонщик мурлыкает песенку. Он певец пусть не из самых сладкозвучных. Не такой вам кот, чтобы пригревшись выдавать довольные громкие рулады.
А то, что асфальтовой дорогой доволен - это без шуток.
Мурлыкает он про коней. Они у него и быстрые на диво, и красавистые. С гривами и в яблоках. Не лошади - птицы.
Ваську-тяжеловозу слышать про скакунов не очень приятно. Пофыркивает двигателем и погромыхивает своим
красивым зеленым кузовом.
Небось, так себе полагает:
«Никакие лошади вам не птицы. Это я уткам свой. Я и есть смелый стремительный летун».
Как он там о себе думает - утка он или не совсем - а только идет второй час гонки. Потом третий.
Иван перестал мурлыкать.
Двигатель ровно шумит. Шелестят по асфальту шины. Дорога аккуратно укладывается под тугие колеса.
Приходят к Ивану мысли о награде. Должен он ее получить непременно. Поэтому размышления выходят у шофера завлекательные.
Хочется думать снова и снова, как будет приятно домашним. Деревенским родственникам. И всем добрым знакомым.
Однако долго и с увлечением не станешь раскидывать умом о награде. Даже если каждого знакомого припомнишь, все равно через пять минут вздохнешь - ох, медленно течет время!
Еще тебе, гонщик, ехать и ехать. От города до города хватает километров. Не десяток насчитаешь и не сотню. Куда больше!
И никуда не денешься, в том вся хитрость судейская. Желается наблюдательным хитрецам начислять штрафные очки. Значит, тот водитель, который стремится быть чемпионом, должен иметь другое желание.
Как раз такое, чтобы взять и увернуться от штрафных очков. Разве непонятно?
Вот Бережков и соображай: увеличить скорость - себе дороже. Уменьшить ее - опять же ни-ни.
Держи, шофер, ногу на педали газа. Старайся не шибко шевелить ботинком.
Что, не нравится? Надо терпеть. Уж такая она здесь, последняя соревновательная гонка.
Чувствует Иван: становится ему неуютно. Можно даже сказать - грустновато. Потому что нет борьбы с ловкими соперниками. А что есть? Одна лишь зеленая тоска.
Не оранжевая и не лиловая. Именно - из всех зеленых - самая зеленая.
Через полчаса уж очень стало ему грустновато. Не так, чтобы лить слезы от тоски и печали. Но достаточно, чтобы напрочь позабыть мурлыкающие песенки.
Не радуют шофера опушки лесные. Нет охоты думать о награде. Даже рессору поминать нет у него желания.
Веки у водителя начали опускаться. Они теперь были очень тяжелыми. Моргай не моргай - слипаются. Хоть что с ними делай!
Похоже, повторяется у Ивана старая история. Теряет он бодрость, шоферскую глазастость, а в подарочек получает от длинной асфальтовой дороги сонливость.
А где ж его дружок? Почему не пытается развеселить?
Чертик, конечно, тут. На месте.
Он всегда вместе с Бережковым. Ему любые дороги в радость. Почему? Потому что водителю грузовика ездить с дружком на пару лучше. Спокойней.
Прыгает меховушка, старается. Медные копытца взлетают исправно. Хохолок на голове то кивнет Ивану приветно, то улетит под потолок.
Ау, шофер - «лучше некуда»! Где твоя глазастость? Бодрей гляди, веселей!
Пытается меховушка расшевелить водителя. Растормошить. Иначе Васек-тяжеловоз позабудет про уверенный руль и съедет на обочину.
Резинка, на которой висит чертик, новенькая. Крепкая.
Не оборваться ей, сколько бы не прыгал лохматый дружок. Так что можно устроить в кабине смешное зрелище.
Задорно блестят бусинки-глаза. Спой, Бережков, песенку. Хочешь - помурлыкай про коней. Не беда, что Ваську-тяжеловозу припоминаются утки.
А желаешь - вдарь удалую плясовую. Русскую народную. Их ведь много, песен. Таких, чтоб не грустить и враз прогнать зеленую тоску
Греми, Иван, хоть в полный голос. Иначе как сладишь с хитрющей дремотой? Вон какая она - никак ее не побороть!
Не смотрит водитель на лохматого дружка. Не до того ему.
Бережков и за дорогой-то наблюдает не очень внимательно.
Раз глазастость поубавилась, бороться надо с этим делом. Вот он и таращится усиленно, и шевелит бровями, и лоб трет. Да что же за напасть такая приставучая!
Ресницы словно медом намазаны. Они слипаются, и сладко-сладко становится гонщику. Когда они смыкаются, не хочется больше открывать глаза.
Хоть поднимай веки домкратом!
Мысли какие-то странные крутятся в голове. Насчет того, что не мешало бы Ваську-тяжеловозу превратиться в кровать.
И хорошо было, если б Иван очутился в этой самой кровати. Под одеялом. И без носков с ботинками.
Уж он бы тогда поспал!
Отдохнул на все сто!
Рессоры и моторные клапана шофер должен отставить. Напрочь позабыть!
Баю-бай, Ваня! Дрыхни. Задавай храпака. Нынче - самое время.
Не перестают, крутятся мысли.
Да, не сказать, что удается лохматому дружку распотешить шоферскую душеньку. Мается она всякой чепухой. Нет в кабине веселья. Даже на медный грош. На самую маленькую железную гаечку или болт.
Очень сильно клонит Ивана в сон.
Он старается не сдаваться. Однако и дремота не из слабеньких.










Главная | Статьи, книги | Фильмы про тюрьму | Обратная связь


Яндекс.Метрика
Одинокий Бродяга © 2008-2015

X